ента новостейПриметой нынешнего времени стало восстановление утраченных за годы советской власти таких архитектурных доминант, как оригинальные башенки на строениях эпохи модерн.
Как считают риэлторы, такие проекты привлекают многих частных инвесторов, ведь внутренности башенок представляет собой помещения необычной конфигурации, а открывающиеся из них картиночные виды привлекают потенциальных покупателей.
Сегодня началось восстановление купола над домом Барановской, расположенном на набережной Карповки, 6. Доходный дом Барановской возвели в 1911-1912 году по проекту Василия Вейса и по первоначальному замыслу фасад здания, выходящий на Карповку, украшали две симметричные башенки, а над фасадом, выходящим на Большой проспект, был установлен парящий цинковый орёл. За годы советской власти эти и многие другие элементы декора были утрачены, и вот теперь настал черёд их восстановления.
Это – далеко не первая историческая постройка в центре, которой собираются вернуть историческую доминанту.
Многие работы по восстановлению утраченных элементов декора поручены тресту «Леноблреставрация», которые по фотодокументам восстанавливают утраченные аттики и монтаж купольного завершения здания на углу Карповки и Петропавловской улицы.
Несмотря на многочисленные примеры восстановлений, только считанные единицы из них можно назвать подлинной реставрацией. Зачастую недобросовестные инвесторы под предлогом восстановления башенок нелегально строят целые мансардные помещения, уродующие облик старинных зданий, а зачастую настолько увеличивающие нагрузку на старые фундаменты, что это ведёт к разрушению памятников архитектуры.
К числу зданий, которых коснулась реставрация, можно отнести, кроме дома Барановской, башенку дома Чубаковых на Каменноостровском, 38, где купол был утрачен при пожаре, разыгравшемся в конце 90-х, шпиль торгового дома «С. Эсдерс и К. Схейфальс», расположенного на пересечении Мойки с Гороховой улицей, утраченный в 60-х годах, поскольку находился в неудовлетворительном состоянии и «диссонировал с основной застройкой».
Некоторые возрождённые башни стали предметом ожесточённой полемики между градозащитниками и инициаторами воссоздания. Так, башня-фонарь, вновь появившаяся над домом 54 по Каменноостровскому проспекту, безо всяких обиняков была названа экспертами «омерзительной» подделкой, не соответствующей историческому прообразу, столь же нелестной оценки удостоилась и одновременная надстройка здания мансардой. Фактически, задумка архитектора была уничтожена современными дельцами от архитектуры.
Подобная ситуация происходила и на 12-й Красноармейской улице, 3, где застройщик, обладая лишь документами, дающими право лишь на ремонт кровли, стал пристраивать новые площади, метко прозванные жильцами «гигомансардой» и лепить поверх неё утраченную в годы большевизма башню.
Мнение градозащитников по поводу такого строительства весьма неоднозначно. С одной стороны, город, получивший целый ряд восстановленных башенок, безусловно, увеличил свою привлекательность, с другой стороны, за счёт искажений исторических прототипов и осуществления «под шумок» масштабного мансардного строительства, «реставраторы» не только уродуют здания, но и усиливают нагрузки на фундаменты, что, в конечном итоге, только ускорит разрушение исторических зданий.
Адреса таких казусных архитектурных решений налицо: эксперименты на 12-й Красноармейской, 3 и Каменноостровском, 54 только повторяют неудачный проект на Суворовском, 10, где возникшая безо всяких согласований надстройка выдавалась за ремонт кровли.
Фактически, чиновникам проще легализовать построенные строителями безвкусные новоделы, чем годами судиться за право их безусловного сноса, поэтому воссоздание башен и куполов над историческими строениями, считают историки архитектуры, частным инвесторам лучше не доверять, так как они из благого дела извлекут собственную материальную выгоду.
Вывод напрашивается один - воссоздание башен, куполов и других элементов декора лучше всего поручать государственным реставраторам. Стоимость таких работ не запредельна, она лишь не на много превысит общий бюджет, выделенный на реставрационные работы, а градостроительный эффект получается максимальный.
С другой стороны, наличие хозяина у восстанавливаемых башен предусматривает, что он станет бережнее относиться к своей собственности, чем все жильцы дома. А, значит, на чердаке не будет хлама, который и приводит к пожарам в большинстве случаев.
Тем не менее, печальные итоги восстановления доминант на «обезглавленных домах» по адресам Московский, 1, Камменноостровский, 38, купол ТД «С. Эсдерс и К. Схейфальс» на Мойке, надстройка дома Бернштейна, показывают, что башни восстановлены не точно, а лишь с намёком на историческую достоверность.
Единственный адрес, где работы по восстановлению соответствовали всем критериям градозащитников и экспертов, стал дом 19 по Конюшенной улице.
Несмотря на столь незначительное число успехов на этом поприще, реставраторы намерены продолжить свои работы на доходном доме Кельдаля на Каменноостровском, 13, углового здания, построенного по проекту Лидваля дома Циммермана, выходящего одним из своих фасадов на Каменноостровский, 61 и на многих других утраченных дореволюционных локальных доминантах.
