ента новостей
Еда, по своей повседневной природе, является неотъемлемой частью путешествия. Можно заявить, что это даже основной компонент туристической практики. Являясь способом доступа к культуре другого, она позволяет одновременно идентифицировать и дифференцировать себя, открывать культурологические особенности других народов и лучше понимать самого себя.
Контекст развитых обществ, которые, кроме того, являются основными зонами притока туристов, характеризуется индустриализацией пищевой цепочки и ростом индивидуализма. Параллельно распространяется повышенный интерес к местным кулинарным традициям, региональной кухне и продуктам, известным как «терруар (почва)», которые рассматриваются как выражение самобытности и культурного сопротивления трансформации образа жизни и предполагаемой стандартизации вкусов в результате глобализации.
Социологи часто указывали на социальные и воображаемые аспекты питания и их последствия в туристической практике. Исследования по выявлению гастрономического наследия и его оценке были начаты во Франции более тридцати лет назад. По инициативе министерств культуры и сельского хозяйства ещё в 1990 году предпринимались попытки составить перечень французских гастрономических традиций. Однако явления, охватывающие этот набор тем, богатых эвристическими перспективами, ещё не были предметом систематического изучения. Такие исследования должны проводиться на постоянной основе, так как могут заинтересовать участников агропродовольственной отрасли и туризма, а также исследователей в области социальных наук (социологов, антропологов и географов) на нескольких уровнях. Эти факторы, прежде всего, участвуют в реорганизации туристического спроса, затем предоставляют возможность стратегической передислокации целого ряда социальных институтов, заинтересованных в туристической привлекательности региона. В конечном итоге, для исследователей эти трансформации представляют собой сферу изучения социальных изменений.
Турист – трансформация потребления
Феномен туризма - это эпистемологический объект с плохо очерченными контурами, теоретизация которого пересекается с некоторыми парадоксами. При первом взгляде на обзоры, краткие описания и подборки книг, специализирующихся на социальных науках, может показаться, что это понятие относительно хорошо институционализированно. Но внимательный наблюдатель быстро заметит, что ситуативная составляющая этого феномена очень часто, если не всегда, связана со значительно более сильными теоретическими объектами, из которых она выступает лишь как периферийный элемент. Это тот случай социологии времени, в котором «свободное время» может быть представлено только как противоположность «рабочему времени» и по-прежнему относится к социологии «досуга», которая всегда стремится преодолеть противоречивое напряжение между лирическим прославлением этого «грандиозного социального завоевания» рабочих и толкованием досуга как следствия (счастливого, но все же следствия) развития индустриального общества.
Если рассуждать более серьёзно, то для многих туризм кажется бесполезной темой, в лучшем случае развлечением для социологов или этнологов в конце их карьеры, «подготовкой к выходу на пенсию». Тем не менее, в качественных работах недостатка нет, и некоторые из них были благосклонно восприняты широкой общественностью, что является довольно редким явлением в социологии. Доминирующая перспектива сегодня состоит в том, чтобы представить феномен туризма как поле для чтения социальных изменений. Ведь в повседневной жизни туристов, с её ограничениями, гигиеническими, медицинскими и культурными аспектами, еда занимает чуть ли не центральное место. Это обстоятельство предлагает новый способ понимания туриста и организации его приёма для всех заинтересованных сторон. Именно с такой точки зрения необходимо рассматривать патримониализацию национальной кухни и её продвижение с помощью туризма.
Турист - это человек, который выезжает за пределы своего места жительства по крайней мере на 24 часа. Это определение имеет социологические последствия, которые, по-видимому, не были ещё использованы в полной мере. Отправиться в турне - значит порвать со своей повседневной жизнью, в самом полном смысле этого слова. Путешественник больше не живёт материально в одной и той же географической локации, что кардинально меняет социальные роли. Он покидает свою повседневную жизнь, которая трансформируется и стремится превратиться в некую суету, турист более не спит в своей кровати – хотя надо учитывать, что спальное место для японца, немца или француза - это не совсем одно и то же. И наконец, он ест другую пищу, часто сильно отличающуюся от той, которая была ему привычна в его первоначальной социальной вселенной. Сон, еда, питье – всё это, в значительной степени, определяется социокультурными рамками.
Социальное пространство формулирует материал в культурном плане и охватывает различные измерения, в том числе и апробацию новинок в пище:
• Порядок съедобного и его включение в культурную систему (запрещённый, основной продукт питания, символика...), согласно которому при выборе всех натуральных продуктов, обладающих питательной ценностью, те, которые будут рассматриваться как продукты питания, символизируют оригинальность биологической/антропологической связи человеческой группы с её естественной средой обитания и окружающей средой.
• Система производства и её традиционная организация - от выращивания до размещения на рынке, которая структурирует традиционные общества вокруг продовольственных сетей.
• Кулинарная система и совокупность приёмов, которые способствуют формированию национальной кухни.
• Манеры поведения за столом, пространственно-временные ритуалы, сопровождающие потребление пищи.
• Временность пищи, основные пищевые ритмы, ежедневные, еженедельные, ежегодные...
Если, подобно туризму, у еды были некоторые проблемы, требующие решения в социальной реальности, то сегодня «антропология пищи» обладает достаточным объёмом знаний, чтобы понять социальные и культурные аспекты процесса принятия пищи. Серьёзное отношение к этому действию очень распространено среди франкоязычных, испаноязычных и англоговорящих стран. Хотя эту область исследований пересекают различные теоретические перспективы, представляется возможным выделить два уровня знания. Первый определяет инварианты пищевого поведения, а второй объясняет их актуализацию в определённой области/времени, а также процессы социального дифференцирования путешественника, не давая тому забывать о своих корнях.
