ента новостейВ ХХ век развернулась настоящая эпидемия переименований населённых пунктов России (400 городов поменяли названия), в основном из-за смены общественно-политического строя. Тогда и сейчас имена менялись якобы по желанию горожан, однако вопрос решался «наверху». Под влиянием антивоенных настроений в 40-е Петергоф стал Петродворцом, Шлиссельбург – Петрокрепостью. Новые имена, обычно связанные с персоналиями, были пренебрежением к многовековой истории, к колориту и «лицу» города. Переименование Царского Села историки считают антипушкинской акцией – ведь именно в городе с таким названием учился поэт. Ну и что же, что неблагозвучны – не переименовывают же Дюссельдорф – дословно деревню на р. Дюссель или Оксфорд – «бычий брод»!
В 90-е искусственные топонимы справедливо уступили место историческим: Куйбышев - Самаре, Горький – Нижнему Новгороду, Калинин – Твери и т.д. Ждут своих имён Киров (Вятка), Тольятти (Ставрополь-на-Волге), Ульяновск (Симбирск). Топонимов, связанных с именами Ленина и Сталина, в стране достаточно.
Советские политические топонимы в названиях городов и улиц поддерживают прокоммунистические настроения. С персоналиями вообще надо бы поосторожнее – присваивать имена в честь людей, обладающих выдающимися бесспорными заслугами. Ничего, кроме нерациональных затрат и более глубокого раскола общества, обратные переименования Волгограда и Петербурга не принесут.
Сталинский период правления отличали авторитарно-бюрократические методы, жёсткий контроль за обществом, нарушения прав и свобод, массовая гибель людей из-за репрессий и голода. Куда путь держим?
